Подробнее о Пушкине


 Материал из Википедии

 Материал из Яндекс-словарей


получаса.  Наконец  меня  пропустили.  Я  велел
проводнику вести меня прямо в бани. Мы поехали по кривым  и  крутым  улицам;
лошади скользили по дурной турецкой мостовой. Мы остановились у одного дома,
довольно плохой наружности. Это были  бани.  Турок  слез  с  лошади  и  стал
стучаться у дверей. Никто не отвечал. Дождь ливмя лил на  меня.  Наконец  из
ближнего дома вышел молодой армянин и, переговоря с моим турком, позвал меня
к себе, изъясняясь на довольно чистом русском языке. Он повел меня по  узкой
лестнице во второе жилье своего дома. В комнате, убранной низкими диванами и
ветхими коврами, сидела старуха, его мать. Она подошла ко мне  и  поцеловала
мне руку. Сын велел ей разложить огонь и приготовить мне ужин. Я разделся  и
сел перед огнем. Вошел меньший брат хозяина,  мальчик  лет  семнадцати.  Оба
брата бывали в Тифлисе и живали в нем по нескольку месяцев. Они сказали мне,
что войска наши выступили накануне и что лагерь наш находится в  25  верстах
от Карса. Я успокоился совершенно. Скоро старуха приготовила мне баранину  с
луком, которая показалась мне верхом поваренного  искусства.  Мы  все  легли
спать в одной комнате; я разлегся  противу  угасающего  камина  и  заснул  в
приятной надежде увидеть на другой день лагерь графа Паскевича.
     Поутру пошел я осматривать город. Младший из моих  хозяев  взялся  быть
моим  чичероном.  Осматривая   укрепления   и   цитадель,   выстроенную   на
неприступной скале, я не понимал, каким образом мы  могли  овладеть  Карсом.
Мой армянин толковал  мне  как  умел  военные  действия,  коим  сам  он  был
свидетелем. Заметя в нем охоту к войне, я предложил  ему  ехать  со  мною  в
армию. Он тотчас согласился. Я послал его за лошадьми. Он  явился  вместе  с
офицером, который  потребовал  от  меня  письменного  предписания.  Судя  по
азиатским чертам его лица, не почел я за нужное  рыться  в  моих  бумагах  и
вынул из кармана первый попавшийся мне листок. Офицер, важно его рассмотрев,
тотчас велел привести его благородию лошадей по предписанию и возвратил  мне
мою бумагу; это было послание  к  калмычке,  намаранное  мною  на  одной  из
кавказских станций.  Через  полчаса  выехал  я  из  Карса,  и  Артемий  (так
назывался мой армянин) уже скакал подле меня на турецком  жеребце  с  гибким
куртинским дротиком в руке, с  кинжалом  за  поясом,  и  бредя  о  турках  и
сражениях.
     Я ехал по земле, везде засеянной хлебом; кругом видны были деревни,  но
они были пусты: жители разбежались. Дорога была прекрасна и в топких  местах
вымощена -  через  ручьи  выстроены  были  каменные  мосты.  Земля  приметно
возвышалась - передовые холмы  хребта  Саган-лу,  древнего  Тавра,  начинали
появляться. Прошло около двух часов; я взъехал на отлогое возвышение и вдруг
увидел наш лагерь, расположенный на берегу Карс-чая; через несколько минут я
был уже в палатке Раевского.

    ГЛАВА ТРЕТИЯ

Переход через Саган-лу. Перестрелка. Лагерная жизнь. Язиды. Сражение с сераскиром арзрумским. Взорванная сакля. Я приехал вовремя. В тот же день (13 июня) войско получило повеление идти вперед. Обедая у Раевского, слушал я молодых генералов, рассуждавших о движении, им предписанном. Генерал Бурцов отряжен был влево по большой Арзрумской дороге прямо противу турецкого лагеря, между тем как все прочее войско должно было идти правою стороною в обход неприятелю. В пятом часу войско выступило. Я ехал с Нижегородским драгунским полком, разговаривая с Раевским, с которым уж несколько лет не видался. Настала ночь; мы остановились в долине, где все войско имело привал. Здесь имел я честь быть представлен графу Паскевичу. Я нашел графа дома перед бивачным огнем, окруженного своим штабом. Он был весел и принял меня ласково. Чуждый военному искусству, я не подозревал, что участь похода решалась в эту минуту. Здесь увидел я нашего Вольховского, запыленного с ног до головы, обросшего бородой, изнуренного заботами. Он нашел, однако, время побеседовать со мною как старый товарищ. Здесь увидел я и Михаила Пущина, раненного в прошлом году. Он любим и уважаем как славный товарищ и храбрый солдат. Многие из старых моих приятелей окружили меня. Как они переменились! как быстро уходит время! Heu! fugaces, Posthume, Posthume, Labuntur anni... {10}. Я воротился к Раевскому и ночевал в его палатке. Посреди ночи разбудили меня ужасные крики: можно было подумать, что неприятель сделал нечаянное нападение. Раевский послал узнать причину тревоги: несколько татарских лошадей, сорвавшихся с привязи, бегали по лагерю, и мусульмане (так зовутся татаре, служащие в нашем войске) их ловили. На заре войско двинулось вперед. Мы подъехали к горам, поросшим лесом. Мы въехали в ущелие. Драгуны говорили между собою: "Смотри, брат, держись: как раз картечью хватят". В самом деле местоположение благоприятствовало засадам; но турки, отвлеченные в другую сторону движением генерала Бурцова, не воспользовались своими выгодами. Мы благополучно прошли опасное ущелие и стали на высотах Саган-лу в десяти верстах от неприятельского лагеря. Природа около нас была угрюма. Воздух был холоден, горы покрыты печальными соснами. Снег лежал в оврагах. ...nec Armeniis in oris, Amice Valgi, stat glacies iners Menses per omnes... {11} Только успели мы отдохнуть и отобедать, как услышали ружейные выстрелы. Раевский послал осведомиться. Ему донесли, что турки завязали перестрелку на передовых наших пикетах. Я поехал с Семичевым посмотреть новую для меня картину. Мы встретили раненого казака: он сидел, шатаясь на седле, бледен и окровавлен. Два казака поддерживали его. "Много ли турков?" - спросил Семичев. "Свиньем валит, ваше благородие", - отвечал один из них. Проехав ущелие, вдруг увидели мы на склонении противуположной горы до 200 казаков, выстроенных в лаву, и над ними около 500 турков. Казаки отступали медленно; турки наезжали с большею дерзостию, прицеливались шагах в 20 и, выстрелив, скакали назад. Их высокие чалмы, красивые долиманы и блестящий убор коней составляли резкую противуположность с синими мундирами и простою сбруей казаков. Человек 15 наших было уже ранено. Подполковник Басов послал за подмогой. В это время сам он был ранен в ногу. Казаки было смешались. Но Басов опять сел на лошадь и остался при своей команде. Подкрепление подоспело. Турки, заметив его, тотчас исчезли, оставя на горе голый труп казака, обезглавленный и обрубленный. Турки отсеченные головы отсылают в Константинополь, а кисти рук, обмакнув в крови, отпечатлевают на своих знаменах. Выстрелы утихли. Орлы, спутники войск, поднялися над горою, с высоты высматривая себе добычу. В это время показалась толпа генералов и офицеров: граф Паскевич приехал и отправился на гору, за которою скрылись турки. Они были подкреплены 4000 конницы, скрытой в лощине и в оврагах. С высоты горы открылся нам турецкий лагерь, отделенный от нас оврагами и высотами. Мы возвратились поздно. Проезжая нашим лагерем, я видел наших раненых, из коих человек пять умерло в ту же ночь и на другой день. Вечером навестил я молодого Остен-Сакена, раненного в тот же день в другом сражении. Лагерная жизнь очень мне нравилась. Пушка подымала нас на заре. Сон в палатке удивительно здоров. За обедом запивали мы азиатский шашлык английским пивом и шампанским, застывшим в снегах таврийских. Общество наше было разнообразно. В палатке генерала Раевского собирались беки мусульманских полков; и беседа шла через переводчика. В войске нашем находились и народы закавказских наших областей, и жители земель, недавно завоеванных. Между ими с любопытством смотрел я на язидов, слывущих


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |  32 |  33 |  34 |  35 |  36 |  37 |  38 |  39 |  40 |  41 |  42 |  43 |  44 |  45 |  46 |  47 |  48 |  49 |  50 |  51 |  52 |  53 |  54 |  55 |  56 |  57 |  58 |  59 |  60 |  61 |  62 |  63 |  64 |  65 |  66 |  67 |  68 |  69 |  70 |  71 |  72 |  73 |  74 |  75 |  76 |  77 |  78 |  79 |  80 |  81 |  82 |  83 |  84 |  85 |  86 |  87 |  88 |  89 |  90 |  91 |  92 |  93 |  94 |  95 |  96 |  97 |  98 |  99 |  100 |  101 |  102 |  103 |  104 |  105 |  106 |  107 |  108 |  109 |  110 |  111 |  112 |  113 |  114 |  115 |  116 |  117 |  118 |  119 |  120 |  121 |  122 |  123 |  124 |  125 |  126 |  127 |  128 |  129 |  130 |  131 |  132 |  133 |  134 |  135 |  136 |  137 |  138 |  139 |