Подробнее о Пушкине


 Материал из Википедии

 Материал из Яндекс-словарей


Неприметным  образом
часа через два очутились мы в ближней крепости, также подвластной  Пугачеву.
Здесь мы переменили  лошадей.  По  скорости,  с  каковой  их  запрягали,  по
торопливой  услужливости  брадатого  казака,   поставленного   Пугачевым   в
коменданты, я увидел, что, благодаря  болтливости  ямщика,  нас  привезшего,
меня принимали как придворного временщика.
     Мы отправились далее. Стало смеркаться. Мы приближились к городку, где,
по  словам  бородатого  коменданта,  находился  сильный  отряд,  идущий   на
соединение к самозванцу. Мы были остановлены  караульными.  На  вопрос:  кто
едет? - ямщик отвечал громогласно: "Государев кум со своею хозяюшкою". Вдруг
толпа гусаров окружила нас с ужасною бранью. "Выходи, бесов  кум!  -  сказал
мне усастый вахмистр. - Вот ужо тебе будет баня, и с твоею хозяюшкою!"
     Я вышел из кибитки и требовал, чтоб отвели меня к их начальнику.  Увидя
офицера, солдаты прекратили брань. Вахмистр повел меня к майору. Савельич от
меня не отставал, поговаривая про себя: "Вот тебе и государев кум!  Из  огня
да в полымя... Господи владыко! чем это все кончится?" Кибитка шагом поехала
за нами.
     Через пять минут мы пришли к домику, ярко освещенному. Вахмистр оставил
меня при карауле и пошел обо мне доложить. Он тотчас же  воротился,  объявив
мне, что его высокоблагородию некогда меня принять, а что он  велел  отвести
меня в острог, а хозяюшку к себе привести.
     - Что это значит? - закричал я в бешенстве. - Да разве он с ума сошел?
     - Не могу знать, ваше благородие, -  отвечал  вахмистр.  -  Только  его
высокоблагородие приказал ваше благородие отвести в острог, а ее  благородие
приказано привести к его высокоблагородию, ваше благородие!
     Я бросился на крыльцо. Караульные не думали меня удерживать, и я  прямо
вбежал в комнату, где человек шесть гусарских офицеров играли в банк.  Майор
метал. Каково было мое изумление, когда, взглянув на  него,  узнал  я  Ивана
Ивановича Зурина, некогда обыгравшего меня в Симбирском трактире!
     - Возможно ли? - вскричал я. - Иван Иваныч! ты ли?
     - Ба, ба, ба, Петр Андреич! Какими судьбами? Откуда ты? Здорово,  брат.
Не хочешь ли поставить карточку?
     - Благодарен. Прикажи-ка лучше отвести мне квартиру.
     - Какую тебе квартиру? Оставайся у меня.
     - Не могу: я не один.
     - Ну, подавай сюда и товарища.
     - Я не с товарищем; я... с дамою.
     - С дамою! Где же ты ее подцепил? Эге, брат! - (При  сих  словах  Зурин
засвистел так выразительно, что все захохотали, а я совершенно смутился.)
     - Ну, - продолжал Зурин, - так и быть. Будет тебе квартира.  А  жаль...
Мы бы попировали по-старинному...  Гей!  малой!  Да  что  ж  сюда  не  ведут
кумушку-то Пугачева? или она упрямится? Сказать ей,  чтоб  она  не  боялась:
барин-де прекрасный; ничем не обидит, да хорошенько ее в шею.
     - Что ты это? - сказал я Зурину. - Какая  кумушка  Пугачева?  Это  дочь
покойного капитана Миронова. Я вывез  ее  из  плена  и  теперь  провожаю  до
деревни батюшкиной, где и оставлю ее.
     - Как! Так это о тебе  мне  сейчас  докладывали?  Помилуй!  что  ж  это
значит?
     - После все расскажу. А теперь,  ради  бога,  успокой  бедную  девушку,
которую гусары твои перепугали.
     Зурин тотчас распорядился. Он  сам  вышел  на  улицу  извиняться  перед
Марьей Ивановной в невольном недоразумении и приказал вахмистру  отвести  ей
лучшую квартиру в городе. Я остался ночевать у него.
     Мы  отужинали,  и,  когда  остались  вдвоем,  я  рассказал   ему   свои
похождения. Зурин слушал меня  с  большим  вниманием.  Когда  я  кончил,  он
покачал головою и сказал: "Все это, брат, хорошо; одно нехорошо: зачем  тебя
черт несет жениться? Я, честный офицер, не захочу тебя обманывать: поверь же
ты мне, что женитьба блажь. Ну, куда тебе возиться с женою  да  нянчиться  с
ребятишками? Эй, плюнь. Послушайся меня: развяжись ты с капитанскою  дочкой.
Дорога в Симбирск мною очищена и безопасна.  Отправь  ее  завтра  ж  одну  к
родителям твоим; а сам оставайся у меня в отряде.  В  Оренбург  возвращаться
тебе незачем. Попадешься опять в руки бунтовщикам, так вряд ли  от  них  еще
раз отделаешься. Таким образом любовная дурь пройдет сама собою, и все будет
ладно".
     Хотя я не совсем был с ним согласен,  однако  ж  чувствовал,  что  долг
чести требовал моего присутствия в войске императрицы. Я решился последовать
совету Зурина: отправить Марью Ивановну в деревню и остаться в его отряде.
     Савельич явился меня раздевать; я объявил ему, чтоб на другой  же  день
готов он был ехать в дорогу с Марьей Ивановной. Он  было  заупрямился.  "Что
ты, сударь? Как же я тебя-то покину? Кто за тобою будет ходить?  Что  скажут
родители твои?"
     Зная упрямство дядьки  моего,  я  вознамерился  убедить  его  лаской  и
искренностию. "Друг ты мой, Архип Савельич! - сказал я  ему.  -  Не  откажи,
будь мне благодетелем; в прислуге здесь я нуждаться  не  стану,  а  не  буду
спокоен, если Марья Ивановна поедет в дорогу без тебя. Служа ей, служишь  ты
и мне, потому что я  твердо  решился,  как  скоро  обстоятельства  дозволят,
жениться на ней".
     Тут Савельич сплеснул руками с видом изумления неописанного.
     - Жениться! - повторил он. - Дитя хочет жениться! А что скажет батюшка,
а матушка-то что подумает?
     - Согласятся, верно согласятся, -  отвечал  я,  -  когда  узнают  Марью
Ивановну. Я надеюсь и на тебя. Батюшка и матушка тебе верят:  ты  будешь  за
нас ходатаем, не так ли?
     Старик был тронут. "Ох, батюшка ты мой Петр Андреич! -  отвечал  он.  -
Хоть раненько задумал ты жениться,  да  зато  Марья  Ивановна  такая  добрая
барышня, что грех и пропустить оказию. Ин быть по-твоему! Провожу ее, ангела
божия, и рабски буду доносить твоим родителям, что такой невесте не  надобно
и приданого".
     Я  благодарил  Савельича  и  лег  спать  в  одной  комнате  с  Зуриным.
Разгоряченный  и  взволнованный,  я  разболтался.  Зурин  сначала  со   мною
разговаривал охотно; но мало-помалу  слова  его  стали  реже  и  бессвязнее;
наконец, вместо ответа на какой-то запрос,  он  захрапел  и  присвистнул.  Я
замолчал и вскоре последовал его примеру.
     На другой день утром пришел я к  Марье  Ивановне.  Я  сообщил  ей  свои
предположения. Она признала их благоразумие и тотчас со мною согласилась.
     Отряд Зурина должен был выступить из города в тот же день. Нечего  было
медлить. Я тут же расстался с Марьей Ивановной, поручив ее Савельичу  и  дав
ей письмо к  моим  родителям.  Марья  Ивановна  заплакала.  "Прощайте,  Петр
Андреич! - сказала она тихим голосом. - Придется ли нам увидаться, или  нет,
бог один это знает; но век не забуду вас; до могилы  ты  один  останешься  в
моем сердце". Я ничего не мог отвечать. Люди нас окружали. Я  не  хотел  при
них предаваться чувствам, которые меня  волновали.  Наконец  она  уехала.  Я
возвратился к Зурину, грустен и молчалив. Он хотел меня развеселить; я думал
себя рассеять: мы провели день шумно и буйно и вечером выступили в поход.
     Это было в конце  февраля.  Зима,  затруднявшая  военные  распоряжения,
проходила, и наши генералы готовились к дружному содействию. Пугачев все еще
стоял под Оренбургом. Между тем около  его  отряды  соединялись  и  со  всех
сторон приближались к злодейскому гнезду. Бунтующие деревни, при виде  наших
войск, приходили в повиновение; шайки разбойников везде бежали от нас, и все
предвещало скорое и благополучное окончание.
     Вскоре князь Голицын, под крепостию Татищевой, разбил Пугачева, рассеял
его  толпы,  освободил  Оренбург,  и,  казалось,  нанес  бунту  последний  и
решительный удар. Зурин был  в  то  время  отряжен  противу  шайки  мятежных
башкирцев, которые рассеялись прежде, нежели мы их  увидали.  Весна  осадила
нас в татарской деревушке. Речки разлились, и дороги стали  непроходимы.  Мы
утешались в нашем бездействии мыслию о скором


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |  32 |  33 |  34 |  35 |  36 |  37 |  38 |  39 |  40 |  41 |  42 |  43 |  44 |  45 |  46 |  47 |  48 |  49 |  50 |  51 |  52 |  53 |  54 |  55 |  56 |  57 |  58 |  59 |  60 |  61 |  62 |  63 |  64 |  65 |  66 |  67 |  68 |  69 |  70 |  71 |  72 |  73 |  74 |  75 |  76 |  77 |  78 |  79 |  80 |  81 |  82 |  83 |  84 |  85 |  86 |  87 |  88 |  89 |  90 |  91 |  92 |  93 |  94 |  95 |  96 |  97 |  98 |  99 |  100 |  101 |  102 |  103 |  104 |  105 |  106 |  107 |  108 |  109 |  110 |  111 |  112 |  113 |  114 |  115 |  116 |  117 |  118 |  119 |  120 |  121 |  122 |  123 |  124 |  125 |  126 |  127 |  128 |  129 |  130 |  131 |  132 |  133 |  134 |  135 |  136 |  137 |  138 |  139 |