Подробнее о Пушкине


 Материал из Википедии

 Материал из Яндекс-словарей


участь ее была
решена.
     Ее искренность, неожиданные проказы,  детское  легкомыслие  производили
сначала приятное впечатление,  и  даже  свет  был  благодарен  той,  которая
поминутно прерывала важное однообразие аристократического круга. Смеялись ее
шалостям, повторяли ее странные выходки. Но годы шли, а душе Зинаиды все еще
было 14 лет. Стали роптать. Нашли, что Вольская не  имеет  никакого  чувства
приличия, свойственного ее полу. Женщины стали от нее удаляться,  а  мужчины
приблизились. Зинаида подумала, что она не в проигрыше, и утешилась.
     Молва стала приписывать ей любовников. Злословие даже без доказательств
оставляет почти вечные следы. В светском  уложении  правдоподобие  равняется
правде, а быть предметом клеветы унижает нас в собственном мнении. Вольская,
в слезах негодования, решилась возмутиться  противу  власти  несправедливого
света. Случай скоро представился.
     Между молодыми  людьми,  ее  окружающими,  Зинаида  отличила  Минского.
По-видимому, некоторое сходство в характерах и обстоятельствах жизни  должно
было их сблизить. В  первой  молодости  Минский  порочным  своим  поведением
заслужил также  порицание  света,  который  наказал  его  клеветою.  Минский
оставил его, притворясь равнодушным. Страсти на время заглушили в его сердце
угрызения самолюбия; но,  усмиренный  опытами,  явился  он  вновь  на  сцену
общества и  принес  ему  уже  не  пылкость  неосторожной  своей  юности,  но
снисходительность и благопристойность эгоизма. Он  не  любил  света,  но  не
презирал, ибо знал необходимость его одобрения. Со всем тем, уважая  вообще,
он не щадил его в особенности и каждого  члена  его  готов  был  принести  в
жертву своему злопамятному самолюбию. Вольская нравилась ему за то, что  она
осмеливалась явно  презирать  ему  ненавистные  условия.  Он  подстрекал  ее
ободрением и советами, сделался ее наперсником и вскоре стал ей необходим.
     Б ** несколько времени занимал ее  воображение.  "Он  слишком  для  вас
ничтожен, - сказал  ей  Минский.  -  Весь  ум  его  почерпнут  из  "Liaisons
dangereuses" {4}, так же как весь его гений выкраден из  Жомини.  Узнав  его
короче, вы будете презирать его тяжелую безнравственность, как военные  люди
презирают его пошлые рассуждения".
     - Мне хотелось бы влюбиться в Р., - сказала ему Зинаида.
     - Какой вздор! - отвечал он.  -  Охота  вам  связываться  с  человеком,
который красит волоса и каждые  пять  минут  повторяет  с  упоением:  "Quand
j'etais a Florence..." {5} Говорят, его  несносная  жена  влюблена  в  него;
оставьте их в покое: они созданы друг для друга.
     - А барон W.?
     - Это девочка в мундире; что в нем... но знаете ли что? влюбитесь в  Л.
Он займет ваше воображение: он так же необыкновенно умен, как  необыкновенно
дурен; et puis c'est un homme a grands sentiments {6},  он  будет  ревнив  и
страстен, он будет вас мучить и смешить, чего вам более?
     Однако ж Вольская его  не  послушалась.  Минский  угадывал  ее  сердце;
самолюбие  его  было  тронуто;  не  полагая,  чтоб  легкомыслие  могло  быть
соединено с сильными  страстями,  он  предвидел  связи  безо  всяких  важных
последствий, лишнюю женщину в списке ветреных своих любовниц и  хладнокровно
обдумывал свою  победу.  Вероятно,  если  б  он  мог  вообразить  бури,  его
ожидающие, то отказался б от своего торжества, ибо  светский  человек  легко
жертвует своими наслаждениями и даже тщеславием лени и благоприличию.

    II

Минский лежал еще в постеле, когда подали ему письмо. Он распечатал его зевая; пожал плечами, развернув два листа, вдоль и поперек исписанные самым мелким женским почерком. Письмо начиналось таким образом: "Не умела тебе высказать все, что имею на сердце; в твоем присутствии я не нахожу мыслей, которые теперь так живо меня преследуют. Твои софизмы не убеждают моих подозрений, но заставляют меня молчать; это доказывает твое всегдашнее превосходство надо мною, но не довольно для счастия, для спокойствия моего сердца..." Вольская упрекала его в холодности, недоверчивости и проч., жаловалась, умоляла, сама не зная о чем; рассыпалась в нежных, ласковых уверениях - и назначала ему вечером свидание в своей ложе. Минский отвечал ей в двух словах, извиняясь скучными необходимыми делами и обещаясь быть непременно в театре.

    III

- Вы так откровенны и снисходительны, - сказал испанец, - что осмелюсь просить вас разрешить мне одну задачу: я скитался по всему свету, представлялся во всех европейских дворах, везде посещал высшее общество, но нигде не чувствовал себя так связанным, так неловким, как в проклятом вашем аристократическом кругу. Всякий раз, когда я вхожу в залу княгини В. - и вижу эти немые, неподвижные мумии, напоминающие мне египетские кладбища, какой-то холод меня пронимает. Меж ими нет ни одной моральной власти, ни одно имя не натвержено мне славою - перед чем же я робею? - Перед недоброжелательством, - отвечал русский, - это черта нашего нрава. В народе выражается она насмешливостию - в высшем кругу невниманием и холодностию. Наши дамы к тому же очень поверхностно образованны, и ничто европейское не занимает их мыслей. О мужчинах нечего и говорить. Политика и литература для них не существует. Остроумие давно в опале как признак легкомыслия. О чем же станут они говорить? о самих себе? нет, - они слишком хорошо воспитаны. Остается им разговор какой-то домашний, мелочной, частный, понятный только для немногих - для избранных. И человек, не принадлежащий к этому малому стаду, принят как чужой - и не только иностранец, но и свой. - Извините мне мои вопросы, - сказал испанец, - но вряд ли мне найти в другой раз удовлетворительных ответов, и я спешу вами пользоваться. Вы упомянули о вашей аристократии; что такое русская аристократия. Занимаясь вашими законами, я вижу, что наследственной аристократии, основанной на неделимости имений, у вас не существует. Кажется, между вашим дворянством существует гражданское равенство и доступ к оному ничем не ограничен. На чем же основывается ваша так называемая аристократия, - разве только на одной древности родов? - Русский засмеялся. - Вы ошибаетесь, - отвечал он, - древнее русское дворянство, вследствие причин, вами упомянутых, упало в неизвестность и составило род третьего состояния. Наша благородная чернь, к которой и я принадлежу, считает своими родоначальниками Рюрика и Мономаха. Я скажу, например, - продолжал русский с видом самодовольного небрежения, - корень дворянства моего теряется в отдаленной древности, имена предков моих на всех страницах истории нашей. Но если бы я подумал назвать себя аристократом, то, вероятно, насмешил бы многих. Но настоящая аристократия наша с трудом может назвать и своего деда. Древние роды их восходят до Петра и Елисаветы. Денщики, певчие, хохлы - вот их родоначальники. Говорю не в укор: достоинство - всегда достоинство, и государственная польза требует его возвышения. Смешно только видеть в ничтожных внуках пирожников, денщиков, певчих и дьячков спесь герцога Monmorency, первого христианского барона, и Клермон-Тоннера. Мы так положительны, что стоим на коленах пред настоящим случаем, успехом и..., но очарование древностью, благодарность к прошедшему и уважение к нравственным достоинствам для нас не существует. Карамзин недавно рассказал нам нашу историю. Но едва ли мы вслушались. Мы гордимся не славою предков, но чином какого-нибудь дяди или балами двоюродной сестры. Заметьте, что неуважение к предкам есть первый признак дикости и безнравственности. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

    В НАЧАЛЕ 1812 ГОДА...

В начале 1812


1 |  2 |  3 |  4 |  5 |  6 |  7 |  8 |  9 |  10 |  11 |  12 |  13 |  14 |  15 |  16 |  17 |  18 |  19 |  20 |  21 |  22 |  23 |  24 |  25 |  26 |  27 |  28 |  29 |  30 |  31 |  32 |  33 |  34 |  35 |  36 |  37 |  38 |  39 |  40 |  41 |  42 |  43 |  44 |  45 |  46 |  47 |  48 |  49 |  50 |  51 |  52 |  53 |  54 |  55 |  56 |  57 |  58 |  59 |  60 |  61 |  62 |  63 |  64 |  65 |  66 |  67 |  68 |  69 |  70 |  71 |  72 |  73 |  74 |  75 |  76 |  77 |  78 |  79 |  80 |  81 |  82 |  83 |  84 |  85 |  86 |  87 |  88 |  89 |  90 |  91 |  92 |  93 |  94 |  95 |  96 |  97 |  98 |  99 |  100 |  101 |  102 |  103 |  104 |  105 |  106 |  107 |  108 |  109 |  110 |  111 |  112 |  113 |  114 |  115 |  116 |  117 |  118 |  119 |  120 |  121 |  122 |  123 |  124 |  125 |  126 |  127 |  128 |  129 |  130 |  131 |  132 |  133 |  134 |  135 |  136 |  137 |  138 |  139 |